Героем этого интервью стал Leo Hazree — заметная фигура на электронной сцене Азербайджана, музыкальный продюсер, диджей, основатель творческого объединения Sintetik. Не будучи частью квир-сообщества, Leo Hazree выступает за инклюзивность и равенство различных социальных групп, что для Азербайджана особенно ценно. Мы решили важным показать ход мыслей Leo Hazree, рассказать о его коллаборациях, победах и уязвимостях, и надеемся, что это интервью — еще один небольшой шаг на пути к открытому диалогу, принятию друг друга и развитию культуры в регионе.

​

Привет! Давай познакомимся. Для начала расскажи пару любопытных факта о себе. 

 

Я убеждён в том, что в музыке главное — это звук, потому я не уделяю особенного внимания своему образу: татуировкам, модной одежде и т.д. Зачастую это вызывает очень забавную реакцию, например, я часто вижу удивлённые лица, когда встречаю знакомых из «обычного мира» на рейв-тусовке. Это работает и в обратную сторону — я могу прийти на встречу, где ожидают увидеть диджея в образе, в обычном деловом костюме. Еще я безумно люблю какао. Если мне предоставить неограниченное количество тирамису, я буду бесплатно играть все выходные.

 

Расскажи про свой бэкграунд, в том числе какие музыка, искусство и культурные явления повлияли на тебя и почему?

 

По образованию я экономист и, судя по всему, не очень хороший… Я считаю, что у меня как диджея есть три самых больших достижения: создание клуба Sintetik с моим другом, поддержка других музыкантов в рамках сообщества Sintetik и помощь с организацией фестиваля Unsound в Баку. Если говорить о влиянии искусства, то больше всего на меня повлиял кинематограф. Я настоящий фанат арт-хауса. На мой взгляд, это наиболее сложная форма искусства, и я стараюсь взять от неё максимум. Не назову какой-либо определённый культурный феномен, повлиявший на меня. Я родился в Баку, получил образование в Милане, жил в различных странах, освоил шесть языков — так что правильнее будет говорить о смешанном влиянии различных культур. Тот же принцип применим и к музыке — мой опыт похож на слоёный пирог.

 

Имея такой богатый опыт, ты можешь сказать, что азербайджанская музыка, в частности, электронная сцена чем-то существенно отличаются?

 

Азербайджанская музыка традиционно строится на перкуссионной ритм-секции, а также ритмико-мелодических компонентах. Наряду с этим существуют такие жанры, как «мугам» и связанный с ним «суфи», характеризующиеся чарующим звучанием, весьма популярные среди любителей традиционной музыки. Электронная танцевальная музыка сейчас не столь популярна. Причины этого феномена, вероятно, могут быть и не связанными с музыкой напрямую. К примеру, ночная клубная жизнь имеет дурную репутацию в азербайджанском обществе в целом. Однако изменения здесь происходят очень быстро. Полагаю, в течение ближайших нескольких лет мы будем наблюдать уже совсем иную картину.

 

Можно сказать, что Sintetik в этом смысле стал знаковым для Азербайджана?

​

Пару лет Sintetik был единственной локацией альтернативной электронной музыки доступной в Баку. Прежде чем мы стали проводить большие мероприятия наша первая локация была активна еженедельно в течении трех лет. Она стала началом пути для многих локальных исполнителей и вечеринок. По сути это портал в новый мир для молодых артистов, а также место, где можно услышать именитых диджеев со всего мира. У нас выступали Zadig, Stanislav Tolkachev, Dj Pete, Fiedel и многие другие. Мы также сотрудничаем с различными культурными организациями, например, с «Гёте-Институт» (Goethe Institut), что дало дополнительную платформу для воплощения творческих идей и коллабораций.

 

Сейчас, живя в Азербайджане и находясь в творческой тусовке, ты видишь какие-то перемены в отношении принятия новых культурных и социальных явлений, в частности квир-культуры?

 

Определённый прогресс очевиден. Например, в последнее время я довольно часто вижу представителей квир-сообщества на публике, узнаю о новых объединениях и группах, посвящённых квир-тематике. На мой взгляд, большинство в азербайджанском обществе всё ещё воспринимает квир-культуру негативно, тем не менее, уровень враждебности снижается.

 

Как думаешь, что должно случится, чтобы в обществе произошли перемены на этот счет? 

 

Думаю, прогресс случится, когда мы перестанем мыслить “сообществами” и начнем строить диалог между людьми, а не социальными группами, ведь порой сепарация может достигать абсурда. Я считаю, кто-то должен сделать первый шаг навстречу. Участвуя в этом проекте я говорю: “Смотрите я, обычный мужчина из Азербайджана, и не имею ничего против отличных от меня людей”. Это касается не только квир-сообщества, но и любых других социальных групп, где люди могут чувствовать себя уязвимыми.

 

Ты можешь рассказать, чувствовал ли ты сам себя когда-либо отличным или уязвимым?

 

Конечно. Я думаю, каждый это испытывал, но не у всех есть смелость признать свою уязвимость (особенно это касается мужчин). Но я также думаю, есть разница между “быть другим” и “быть сепарированным”. Мы все разные в какой-то степени, и решение здесь только одно — строить диалог. Ведь, в большинстве ситуаций неприятие связано с отсутствием информации, которое порождает монстров в головах. Я помню, что когда учился за границей, меня избегали мои европейские одноклассники. Я считывал это как расизм или что-то подобное, и очень злился. Ты просто не можешь себя нормально чувствовать в обществе людей, которые тебя не принимают, но в окружении которых проходит каждый твой день. Только спустя время я понял, что они думали обо мне точно так же, будто я вел себя слишком высокомерно. Из-за отсутствия диалога в нужное время сложилась такая дурацкая ситуация.

 

Многие говорят, что нужно уметь превращать свои слабости в свою силу. Что ты думаешь об этом?

 

Мы не идеальны, и уязвимости присущи каждому из нас. Есть только два пути — принять их или прятать. Я думаю, что лучше сосредоточиться на своих сильных сторонах и просто принять уязвимость, как часть себя. Из моего опыта попытки превратить одно в другое отбирают очень много сил и в итоге приводят к выгоранию. Давайте лучше фокусироваться на хорошем и наслаждаться жизнью, а не борьбой. 

 

В этой связи хочется упомянуть о твоей коллаборации с фотографом Элтажем Зейналовым. Расскажи о ней.

 

Элтаж очень интересный человек. Помимо фотографии он большой фанат тяжелой музыки (heavy metal, death core) и техно. Я встретил его несколько лет назад на заре Sintetik. Тогда я заметил, что у бородатого парня, похожего на байкера, с фото-камерой в руках, была странная походка. Позднее я узнал о его проблемах с ногой. Думаю, когда человек, после многих лет обычной жизни, сталкивается с ограниченными возможностями, его восприятие людей и мира вокруг меняется. Элтаж никогда не пытается что-либо приукрасить на своих фотографиях (что часто ожидаешь от фотографа). Напротив, он показывает тебя настоящего. Его фотографии как очищенная вода: поначалу ты находишь ее вкус странным, но потом привыкаешь и не хочешь ничего другого. Фотография на этой странице - работа Этажа Зейналова.

 

Расскажи о своем подходе к созданию музыки, в частности, о своем миксе для LVBZ. О чем он?

 

Записанные миксы радикально отличаются от live-сетов. Во время живого сета моя задача — с помощью звука объединить площадку, атмосферу и публику. Секрет подобного формата в слиянии переживаний и впечатлений слушателей — в противоположность выступлению с предписанной структурой. Контекст здесь, можно сказать, духовно-эмоциональный, а не повествовательный. Во время записи микса — что подразумевает отсутствие прямой обратной связи от аудитории — я стараюсь создать универсальный энергетический поток, объединяющий всех слушателей, и это похоже на отправную точку, из который каждый отправляется в свое “путешествия”, свою эмоциональную историю. Мой микс для LVBZ — это путь внутреннего развития обычного человека в Азербайджане. Все эти гормональные пике и большие надежды, обретающие масштаб с раннего возраста, затем претворяются в разнообразные, непоследовательные, глубинные переживания. На следующем этапе личность поджидает разочарование, связанное с наполняющей жизнь рутиной, на смену чему приходят саркастичное осмысление жизни и большая гибкость; эти трансформации выражаются в звуках. Наконец, финал композиции полон пережитой боли и внезапности.
Вы наверняка заметите фолк-элементы в начале — требовательные и весьма агрессивные, выражающие природное начало в первой половине микса — это непосредственное отражение местной, региональной картины мира.

 

Какой трек из микса можно назвать твоим любимым?

 

Мурад Байларов (Murad Baylarov) − Dosh. Мурад — местный автор музыки из нашего региона и весьма приятный человек. Его музыка представлена в миксе начиная примерно с 38:30.

 

Где и в какой атмосфере лучше всего слушать твой микс?

​

В качественных полноразмерных over-ear наушниках, во время долгого путешествия на поезде, когда небо затянуто серыми тучами. 

 

Какой из фрагментов твоего микса вызывает наибольший эмоциональный отклик и почему?

 

Примерно с 40:50 до 42:50. Это переход, похожий на понимание, принятие текущего мгновения, за которым следует выбор продуктивности, творчества, нацеленности, из жизни уходит всё ненужное — и время отныне тратится лишь на важное.

 

Напоследок, назови трёх выдающихся исполнителей из твоего плейлиста, которым нам стоит уделить больше внимания?

 

Моей задачей было воссоздать музыкальную атмосферу, в которой я вырос, и поделиться ею с аудиторией, потому я включил в плейлист существенное количество исполнителей прошлых поколений. Это наследие, сформировавшее меня как музыканта. 

 

Акиф Исламзаде (Akif Islamzadeh) — певец с уникальным голосом, определивший музыкальные предпочтения целого ряда поколений. Он до сих пор остаётся популярным, задав вектор развития поп-музыки на несколько десятилетий, если не больше. 

 

Алим Хамза оглы Гасымов (Alim Gasimov) — обладатель одного из величайших певческих голосов в мире — в нашей культуре считающегося национальным достоянием и потому, как утверждают некоторые, находящегося под защитой ЮНЕСКО. Будучи виртуозом жанра мугам, он никогда не боялся нарушать установленные правила и выходить за рамки строго ограниченного жанра. Многие исследователи академического толка по этой причине подвергают его творчество критике. 

 

Азиза Вагиф кызы Мустафа-заде (Aziza Mustafazadeh) — дочь легендарного джазового виртуоза Вагифа Азиз оглы Мустафа-заде (Vagif Mustafazadeh). Первое, с чем вы познакомитесь при изучении азербайджанской культуры, — именно его творчество. В отобранном для моего плейлиста треке она изумительно сочетает фолк-музыку, джаз (весьма популярный в Баку), а также музыкальное наследие её отца.

​

Послушайте плейлист локальной музыки, который Leo Hazree составил специально для LVBZ.